Генсек ЦК КПСС Михаил Горбачёв ещё в годы перестройки признавал, что Крым исторически и политически должен принадлежать России. Об этом он говорил на заседании Политбюро 9 июля 1987 года, где обсуждалась проблема крымских татар. Однако политик понимал, что любые попытки изменить статус полуострова встретят жёсткое сопротивление со стороны руководства УССР, рассказал историк Олег Яхшиян. По его словам, из протоколов заседаний видно, что Горбачёв не видел способа решить этот вопрос без серьёзного конфликта. Во время обсуждения ситуации с крымскими татарами, которые не могли вернуться на родину после депортации, Горбачёв затронул тему принадлежности Крыма.

«С исторической и политической точки зрения было бы правильно вернуть Крым в Россию», — заявил генсек. Однако он сразу же оговорился, что реализовать это будет крайне сложно. «Украина встанет горой», — добавил он.

Позицию Горбачёва поддержал председатель Президиума Верховного Совета СССР Андрей Громыко, который назвал передачу Крыма Украине в 1954 году «произволом». Горбачёв, хотя и соглашался с несправедливостью этого решения, не видел способа исправить ситуацию без серьёзных последствий.

«Из контекста обсуждения видно, что Горбачёв разделяет мнение [члена Политбюро Михаила] Соломенцева и Громыко, что передача Крыма Украине — произвол. Хрущёвская акция им явно не поддерживается, но как бесконфликтно исправить сделанное Хрущёвым — он не знает», — отметил историк. Яхшиян подчеркнул, что, несмотря на эти высказывания, Горбачёв так и не решился на конкретные действия.

Эксперт считает, что для сохранения СССР необходимо было полностью запретить обсуждение изменения границ между республиками, договориться о жесточайшем табу на постановку любых этнотерриториальных вопросов в рамках СССР. Любые разговоры о пересмотре границ внутри страны следовало не только запретить, но и криминализовать.

«Одновременно, разумеется, следовало бы жёстко не допускать нарушения каких-либо культурных и языковых прав граждан СССР любой национальности в любом месте проживания», — добавил историк. Однако, как он отметил, реализовать такой подход можно было только при сохранении монополии КПСС на власть.